Смирнов-Сокольский Николай Павлович - родился 17 марта 1898 года. Выдающийся библиофил, историк книги, библиограф, обладатель уникальной библиотеки (более 10000 томов), автор многих книг, таких как "Рассказы о книгах", двухтомный труд "Моя библиотека", "Книжная лавка Смирдина" и др.

Жена Николая Павловича, артистка Софа Резниковская, все время жаловалась: "Ну, Коля! Меня опять позвали выступать в Кремль, там опять все будут в бриллиантах, одна я как сирота..."

На что он ей как-то заметил:

- А ты надень первое издание "Путешествия из Петербурга в Москву"! Поверь мне, дороже этого ничего нет!

Николай Павлович приобрел известность как выдающийся артист эстрады. Выступал всегда в черной бархатной куртке с пышным белым бантом.

Создатель жанра устного фельетона. Я видел этого артиста в "Эрмитаже" в программе "Вот идет пароход!" с фельетоном "Проверьте ваши носы!".

Помимо всего прочего, блестящий острослов, который, как истинный скоморох, сыпал шутками, невзирая на лица. Не все к нему относились однозначно. Некоторые любили. Кто-то недолюбливал, кто-то просто боялся.

О себе он говорил: "Как друг я дерьмо, зато как враг... в этом деле у меня надо брать шестимесячные курсы .

Один из ценителей эстрады как-то сказал ему: "Ваше выступление не понравилось. Не выношу, когда на меня кричат".

Н. П. Смирнов-Сокольский был первым директором Театра эстрады.

Как-то артист не смог прийти на концерт. Директор звонит артисту и интересуется:

- Что случилось?

- По-видимому, у меня грипп.

- В ваши годы, молодой человек, я болел только венерическими болезнями.

К кому-то из актеров Николай Павлович все время приставал, шутя обвиняя его в том, что тот еврей.

- Да не еврей я, Николай Палыч!

- Нет, ты еврей!

- Да ей-Богу же, не еврей!

- Ну покажи тогда хуй!

Пришлось актеру при всех расстегнуть штаны. Николай Павлович внимательно посмотрел...

- Да, ты не еврей... Но ведь и это не хуй!

Как-то на коллегии Министерства культуры кто-то из руководства Министерства предложил: "Как вы думаете, есть ли смысл государству содержать раздельно ансамбль донских и ансамбль кубанских казаков? Может быть, было бы лучше объединить эти два коллектива и иметь один хороший ансамбль?" На что Николай Павлович, обращаясь к министру Е. А. Фурцевой, заметил:

- Ничего не выйдет, барышня. В 1919 году это уже попробовал сделать Деникин - и ничего у него не вышло.

Как я уже писал, у Николая Павловича была уникальная библиотека, которая в то время была оценена государством в б миллионов рублей. Е. А. Фурцева сделала Смирнова-Сокольского своим референтом по литературе. В порыве радости он написал завещание, согласно которому дарил государству свою библиотеку. Но вот как-то ему передали, что на каком-то совещании Фурцева не очень лестно отозвалась о нем. Обиженный, он сделал в завещании исправление.

Когда Николай Павлович умер, то в тот же день пришли из Библиотеки имени Ленина забирать книги, имея на руках завещание. Жена умершего сказала:

- Вы узнали о смерти моего мужа и сразу же пришли забирать его библиотеку. У вас есть завещание, но перед смертью он внес некоторые коррективы. Не будете ли вы любезны с ними ознакомиться?

Те взяли завещание, а там крупно, красным карандашом было написано:

"Хуй им в рот, а не библиотеку!"